![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
Известные и неизвестные факты из биографии Булгакова.
Posted on 2006.02.10 at 21:55
В город вошли красные, но Булгаков тогда болел тифом и не знал об этом. И вот, как-то раз, он очень бледный вышел на улицу и кто-то ему крикнул: «Белая сволочь!» А что делать – после тифа кожа всегда очень бледная.
Красные любили париться в бане, чтобы рожи были у них красные. А белые не любили бани, они любили болеть тифом.
Когда власть перешла к красным, они запретили всех писателей, которые писали не про красных. И вот долго спорили, что делать с Пушкиным. Решающим аргументом послужила строчка Александра Сергеевича «Октябрь уж наступил…»
Первую жену Булгакова звали Татьяна Лаппа. У них в доме часто бывали гости. А у гостей не было жен, поэтому они обращались к Булгакову:
«Дай, друг на час ты Лаппу мне»
Из воспоминаний Булгакова о своем коллеге.
Он всегда приходил домой. Пару раз он даже попадал в окружение банд свободных кавказских народов, но всегда возвращался ночевать домой. Но однажды, он не пришел ночевать. Видимо, он попал в окружение женщин.
Когда началась война, все голодали. Булгаков писал, а жена его работала. Потом, она перестала работать, потому что убили какую-то ее тетю, и ей досталось наследство. Всю войну они продавали серебришко. Наконец, осталась одна толстая золотая цепь. Вот тогда они стали продавать эту цепь звеньями. Как на хавчик проберет, так звено продают. А потом они расстались. Она поехала в Москву, а он в ебеня. Только вот через три недели Булгаков прикатил в Москву, нашел жену и спросил сразу же: «Ну, как там звенья еще остались?»
В госпитале Булгаков был хирургом и работал по 14 часов в сутки. Его жена была рядом, в ее обязанности входило выливать тазики с кровью и складывать отрезанные руки и ноги (вдруг кто-то захочет взять себе их на память). Так появились магазины secondhand и secondleg.
Когда война закончилась, его перевели в другой город в нормальную больницу и сделали венерологом. Булгаков очень обрадовался, так как это была его специальность, и он сразу же окунулся в работу с головой.
Булгаков очень хотел попасть на фронт, поэтому за 2 месяца он сдал 22 экзамена. А после очень сильно наебенился. Это была единственная попойка в его биографии, после он увлекался только морфием.
У Булгакова был друг хороший. Как-то притащился он к этому другу, потому что тот уже несколько дней не звонил ему на мобильник и не писал в аську. А друг лежит такой на кровати.
Булгаков: Покурим?
Друг: Покурим. Возьми в куртке у меня.
Булгаков полез в куртку, а там нет ничего. И вдруг – БАЦ! Выстрел и мозги друга по стенке. После этого Булгаков не лазил по карманам и не курил всякую дурь.
Друзья издевались над Булгаковым, когда тот спорил, где его настоящее место в литературе или медицине. На вопрос: «Где все же его место?» Они отвечали в рифму, но вовсе не медицинскими терминами. Одним словом, в венерологии.
Врач Чехов стал писать, потому что жрать нечего было.
Врач Булгаков стал писать, потому что жрать нечего было, и потому что насмотрелся за время войны.
А вот нахуя пишет врач Лукьяненко?
Когда Булгакова перевели врачевать в Сычевку, в первый же день ему пришлось принимать роды у девушки. Сзади стоял ее муж и ласково так говорил: «Ни дай бог умрет, ты сам у меня родишь». После этого в творчестве Булгакова появляется мотив бесценности человеческой жизни.
Булгаков был наркоманом.
С 1918-1919 в Киев входили разнообразные группировки 15 раз! Видимо многие входили вторично на бис.
Булгаков считал Киев русским городом. Так и писал в газетах под инициалами М.Б. «Не отдадим русский край».
Красные любили париться в бане, чтобы рожи были у них красные. А белые не любили бани, они любили болеть тифом.
Когда власть перешла к красным, они запретили всех писателей, которые писали не про красных. И вот долго спорили, что делать с Пушкиным. Решающим аргументом послужила строчка Александра Сергеевича «Октябрь уж наступил…»
Первую жену Булгакова звали Татьяна Лаппа. У них в доме часто бывали гости. А у гостей не было жен, поэтому они обращались к Булгакову:
«Дай, друг на час ты Лаппу мне»
Из воспоминаний Булгакова о своем коллеге.
Он всегда приходил домой. Пару раз он даже попадал в окружение банд свободных кавказских народов, но всегда возвращался ночевать домой. Но однажды, он не пришел ночевать. Видимо, он попал в окружение женщин.
Когда началась война, все голодали. Булгаков писал, а жена его работала. Потом, она перестала работать, потому что убили какую-то ее тетю, и ей досталось наследство. Всю войну они продавали серебришко. Наконец, осталась одна толстая золотая цепь. Вот тогда они стали продавать эту цепь звеньями. Как на хавчик проберет, так звено продают. А потом они расстались. Она поехала в Москву, а он в ебеня. Только вот через три недели Булгаков прикатил в Москву, нашел жену и спросил сразу же: «Ну, как там звенья еще остались?»
В госпитале Булгаков был хирургом и работал по 14 часов в сутки. Его жена была рядом, в ее обязанности входило выливать тазики с кровью и складывать отрезанные руки и ноги (вдруг кто-то захочет взять себе их на память). Так появились магазины secondhand и secondleg.
Когда война закончилась, его перевели в другой город в нормальную больницу и сделали венерологом. Булгаков очень обрадовался, так как это была его специальность, и он сразу же окунулся в работу с головой.
Булгаков очень хотел попасть на фронт, поэтому за 2 месяца он сдал 22 экзамена. А после очень сильно наебенился. Это была единственная попойка в его биографии, после он увлекался только морфием.
У Булгакова был друг хороший. Как-то притащился он к этому другу, потому что тот уже несколько дней не звонил ему на мобильник и не писал в аську. А друг лежит такой на кровати.
Булгаков: Покурим?
Друг: Покурим. Возьми в куртке у меня.
Булгаков полез в куртку, а там нет ничего. И вдруг – БАЦ! Выстрел и мозги друга по стенке. После этого Булгаков не лазил по карманам и не курил всякую дурь.
Друзья издевались над Булгаковым, когда тот спорил, где его настоящее место в литературе или медицине. На вопрос: «Где все же его место?» Они отвечали в рифму, но вовсе не медицинскими терминами. Одним словом, в венерологии.
Врач Чехов стал писать, потому что жрать нечего было.
Врач Булгаков стал писать, потому что жрать нечего было, и потому что насмотрелся за время войны.
А вот нахуя пишет врач Лукьяненко?
Когда Булгакова перевели врачевать в Сычевку, в первый же день ему пришлось принимать роды у девушки. Сзади стоял ее муж и ласково так говорил: «Ни дай бог умрет, ты сам у меня родишь». После этого в творчестве Булгакова появляется мотив бесценности человеческой жизни.
Булгаков был наркоманом.
С 1918-1919 в Киев входили разнообразные группировки 15 раз! Видимо многие входили вторично на бис.
Булгаков считал Киев русским городом. Так и писал в газетах под инициалами М.Б. «Не отдадим русский край».